— …Купил себе на свои деньги вкусняшек, сидит, ест перед компьютером! – рассказывает про шестнадцатилетнего сына сорокалетняя Зоя. – Младший брат, естественно, видит все это, они же в одной комнате живут, и тоже хочет, просит у старшего. А он ему – иди, говорит, у мамы с папой проси, пусть она тебе покупает!.. Нет, каково? Захожу к ним в комнату, говорю, Олег, у тебя совесть есть вообще? А он мне: «Причем тут совесть? Я его не рожал, и кормить не обязан!» Каково? Сестре своей пожаловалась, говорю, представляешь, вырастила эгоиста. Так она на его сторону встала. Говорит, он и правда не обязан! Деньги заработал сам, делиться не должен, если не хочет…
— …Если бы мне в молодости кто-то сказал, что мы с мужем будем когда-нибудь увлеченными дачниками, ни за что бы не поверила! – смеется сорокатрехлетняя Вера. – Обоим родительских дач хватило, куда нас в детстве и юности таскали со скандалами каждые выходные все лето… Поженились мы рано достаточно, чуть больше двадцати нам было, и родителям сказали решительно: все, никаких дач! Свекровь повздыхала и смирилась, она со свекром все-таки, так они вдвоем на своем огороде и колупаются всю жизнь. А мама моя одна, она долго обижалась: она-то губу раскатала, что теперь в семье мужик появился, зять, будет на даче помогать. Но не сложилось У нее обида была – просто неописуемая. И до сих пор она, кажется, не прошла…
— Я с детства была жутко не уверена в себе! – рассказывает сорокалетняя Людмила. – Просто ходячий комплекс. Родители вбили в голову, что я какая-то не такая… «Куда тебе, не лезь туда, ты не справишься, не думай даже, сиди вон лучше дома!» – это звучало рефреном, чего бы не касалось… Я всегда считала себя страшненькой. Тут недавно попал в руки альбом со старыми фотками, что лет уже его не видела, лежал на дальней полке. Посмотрела – блин, да я красавица была! Получше иных моделей, что сегодня на подиумах. Худенькая, лицо правильное, кожа и волосы хорошие – что еще надо-то? При этом на всех фотках стою в углу где-то, жутко зажимаюсь, уверенная, что я пугало огородное…
— …В прошлом году она у нас внезапно выскочила замуж! – рассказывает про младшую сестру тридцатишестилетняя Елизавета. – В двадцать один год, по неземной любви, разумеется. Жених гол, как сокол, двадцать три на тот момент ему было. Только работать начал, зарплата – слезы. Мать его пустила их в принадлежащую ей комнату в коммунальной квартире, как-то жили, сводили концы с концами. Я сестре от души советовала – ты только беременеть сейчас не вздумай! Ну куда вам сейчас ребенок, сама посуди, вы сами дети! Надо на ноги встать, что-то заработать. Но куда там! Послушала меня и сделала наоборот – сейчас на пятом месяце…
— В прошлые выходные невестка с сыном попросили меня с внучкой посидеть, их на свадьбу пригласили, – рассказывает пятидесятичетырехлетняя Оксана Дмитриевна. – В субботу рано утром ребенка привезли, в воскресенье вечером забрали. Я посидела вроде нормально, мы гулять ходили, в парк, на качелях катались, представление смотрели. Внучке четыре года, она девочка спокойная, покладистая, с ней не сложно. Забрали ее родители, в общем, мне спасибо сказали, уехали к себе. На неделе я позвонила узнать, как дела. А невестка мне: «Знаете что, Оксана Дмитриевна, если вы не уберетесь в квартире, мы к вам больше Катеньку не привезем! У вас грязища невообразимая! Я колготки Катины отстирать не смогла после визита к вам, они из белых стали черные!..»
— ...И все бы ничего, но одна беда – не может девочка в свои восемь лет спать одна! – рассказывает Варвара. – Дома спит вместе с матерью, в одной постели. Ну, там это не удивительно, они живут в однокомнатной квартире – бывшая, ее мать и ребенок, спальных мест на всех не хватает. Но у нас-то двушка! Вполне можно было бы положить Ксюшу на диван в гостиной одну. Но в итоге на диване сплю я, когда Ксюша у нас в гостях. Потому что Ксюша ночует в нашей спальне в кровати со своим отцом!
— …Девица, конечно, оторви и выбрось! – сокрушается пятидесятипятилетняя Марина Афанасьевна. – Приезжая, родные в регионе у нее. Родила в семнадцать лет, ребенка матери оставила, сама приехала в Москву на заработки. Устроилась продавцом, хотя какие там у продавца заработки? Я думаю, примерно столько же она могла и дома заработать. Просто сбежала от ребенка, я считаю. Красивой жизни захотела…
— У подруги мать переболела короной в прошлом году, – рассказывает тридцатисемилетняя Ульяна. – Перенесла довольно тяжело, в реанимации, на ИВЛ, с семидесятипроцентным поражением легких… Так я это к чему: Светка моя просто сходила с ума, когда ее мама болела. Ревела целые дни напролет, ни о чем другом говорить не могла, все из рук у нее валилось. В больницу, разумеется, не пускали ее, но если бы пустили, она бы с матерью рядом на стульчике и сидела бы все дни, никуда не отходя. А так дома страдала, ходила из угла в угол, заламывала руки. Вплоть до того, что детей ее взяла на себя свекровь, Светка вообще ничем заниматься не могла. Ну, потом матери ее стало легче, смотрю, и Светку отпустило. Пришла в себя…
— …Летом уже пять лет будет, как сын живет с этой Олей! – рассказывает пятидесятишестилетняя Анна Родионовна. – Жениться не хочет, так всем и говорит, отшучивается вечно, хохмит. Но девушка-то ждет предложения!.. Так вроде все нормально у них, живут на территории сына, мы с его отцом помогли ему купить в свое время студию, к окончанию института. Оля мне очень нравится. Милая, спокойная, домашняя, хозяйка отличная. Готовит ему каждый день, квартиру убирает, порядок у нее идеальный. Пару раз получалось так, что я неожиданно заезжала к ним по делу – в квартире всегда чисто. Когда сын раньше один жил, я просто заходить к нему боялась. То ли дело сейчас…
— ...Я ее спрашиваю – для кого ты узнаешь-то информацию, кто у тебя собрался ЭКО делать? Вот тут она меня огорошила – так я сама же и собралась, отвечает. Блин, немая сцена просто! У нее трое детей от разных мужчин по бабушкам живут, недавно она вышла замуж в четвертый раз… Какое ЭКО? Как такое вообще в голову пришло?..
— …Сын уже даже ко мне обратился – говорит, мам, может, ты уговоришь Наташу, чтобы она дочь на море с нами отпустила? – рассказывает шестидесятилетняя Зинаида Аркадьевна. – Ну, с Наташей, бывшей женой сына, у нас не самые близкие отношения сейчас. Я ей звоню, разговариваем только по поводу внучки, чуть шаг в сторону, она тут же прощается и кладет трубку. Да ладно, хоть с Миланочкой общаться дает, я уж и не лезу лишний раз, боюсь… Позвонила сватье, Наташиной матери. Она женщина хорошая, душевная, с ней можно договориться. Говорю, вот так и так, Андрей с семьей на море едет, Милану тоже хочет взять, а Наталья не дает. Почему? На море, за счет отца, разве плохо? А сватья мне заявила: «Так Милана сама не хочет ехать. Зачем ей это надо? Смотреть, как папаша с новым ребенком в зубах носится, и страдать?..»
— Мне долго не везло в личной жизни, не знаю даже, почему! – делится тридцатилетняя Лидия. – Вроде все при мне – стройная, симпатичная, без детей, общительная, и хозяйка неплохая. Квартира своя есть, правда, сдаю ее в аренду пока, живу с мамой – так удобнее всем. При всем при этом долгие годы я вообще была одна, никого рядом! Сначала это вроде не парило, казалось, все успею. А потом стало напрягать. Просто вот до смешного уже – идем с подругой, к ней мужики клеятся, знакомятся, телефончик берут, а я рядом как в шапке-невидимке стою. И не сказать, что она лучше меня. Такая же, обычная, ничего особенного…
— Пятьсот рублей на такси туда, пятьсот обратно, вот и тысяча уже, чтобы девушку до дома проводить! – жалуется сорокадевятилетняя Александра. – Сын студент, между прочим, денег своих у него нет, подруга его, эта Оксана, тоже учится, не зарабатывает еще. Сын мне говорит, мам, мне пятисотки хватит, я на метро назад приеду. Я ему – ну вот еще, будешь ночами шарахаться, приключений на свою голову искать. Праздники, весна, народ всякий шальной гуляет вечерами, кто-то недопил, кому-то еще что-нибудь в голову ударило, и буду я сидеть переживать. Там у нас до метро дорога не очень, дворами. Нет уж, говорю, обратно тоже на такси приезжай…
— Нет, ну это точно ни в какие ворота уже! – негодует шестидесятилетняя Виктория Семеновна. – Сын позвонил вчера своей дочери от первого брака, ей двенадцать лет – просто так, пообщаться, узнать, как дела, хотел в гости пригласить ее в праздники. Так эта пигалица нахамила отцу! Обозвала его, чуть ли не послала, трубку бросила и заблокировала везде, во всех мессенджерах. Каково? Он, конечно, перезвонил бывшей жене Ирине, мол, что дочка себе позволяет такое, как разговаривает с отцом? А бывшая ему: «С каким отцом? А, это с тем недомужиком, что копеечные свои алименты уменьшил недавно? Так это не отец, а недоразумение какое-то, дочь права!..» Я просто в шоке. Зачем настраивает девочку против отца?
— Четвертая попытка ЭКО не получилась! – вздыхает тридцатипятилетняя Екатерина. – В пятницу пришел анализ, опять пролет. Я, конечно, бодрюсь, хорохорюсь, но на душе паршиво, если честно. Телефон отключила, никого не хотела ни видеть, ни слышать, хотя, разумеется, о том, что у нас была очередная попытка зачать, кроме мужа, никто не знал… Вечером муж сказал – тебя там мать разыскивает, мне звонила, я сказал, что ты спишь. В субботу включаю телефон, там куча пропущенных от мамы, и сообщения во всех мессенджерах капсом – как сможешь, позвони! Звоню, конечно. А мама мне – приезжай, лучше с Сережей, есть важный разговор, его тоже касается. По телефону не стала говорить, в чем дело…