— Ты серьёзно, Ксюх? Сто тысяч алиментов? – удивилась подруга Настя, когда Ксения рассказала ей за кофе про Глеба. – Он не офигел ли, столько платить бывшей? Да даже на двоих детей. Это овердофига, если честно… А ты зачем на это согласилась?
Анна только плечами дёрнула.
— Говорила. Но я не говорила, что надо лезть в кредиты ради сомнительных поездок. Тем более – маме, которую, вероятно, завтра вообще с работы уволят…
— Оксана, у нас такой ливень сейчас начался, просто кошмар! – голос свекрови в телефонной трубке звучал, как всегда, обеспокоенно и тревожно. – Я надеюсь, вы дома с Лёшенькой? Ну и хорошо… А Игорь как, не знаешь? Просто такой дождь льет, гром гремит где-то, я переживаю. Он не на улице сейчас, в помещении? У него хотя бы зонт есть с собой? Оксана, я тебя очень прошу, ты ему позвони, скажи, чтобы он мобильный телефон во время грозы не использовал. Я читала, что нельзя так делать!
— Катя, скажи мне честно: ты завела себе мужика, да? – голос матери в телефонной трубке звенел от возмущения.
— Мама, я не буду с тобой это обсуждать, извини. Я взрослая женщина, мне тридцать пять лет…
— Ваня! Восемь утра, вставай!
Голос отчима раздался откуда-то из кухни, а через пару минут Игорь уже стоял в дверях комнаты.
— Сереж, ты сегодня до скольки на работе? – позвонила мужу Алла. – До семи? Слушай, а можешь к маме заехать по пути домой? Ну, она там смородину с дачи привезла и еще какие-то игрушки купила детям. Просила забрать…
— Нет, маму на свадьбу приглашать я не буду. Потому что одна она не пойдет, обязательно притащит за собой своего этого. А лицезреть его рожу на своем празднике мне меньше всего хочется…
— Я эти деньги на отпуск, между прочим, целый год откладывала, как только из декрета вышла, – рассказывает Кира. – По копеечке. Подработку взяла, ночами сидела, писала статьи. Экономила, ничего лишнего не покупала, подарки все, что мне дарили, складывала в копилку. Да, я знала, что муж был против поездки на море, считал это глупой тратой денег. Нам столько всего надо! Ипотеку доплатить, ремонт в квартире сделать, машину поменять, она скоро уже разваливаться начнет. Все это надо, конечно, но… жизнь-то идет! И такое впечатление, что все время мимо нас…
— Мне, конечно, обидно немного за мужа: ему в свое время на тридцать лет рубашку подарили и крем после бритья, а золовке на юбилей кафе заказали на двадцать человек, – рассказывает Таисия. – Круглая дата же, надо отпраздновать! Пригласили бабушку, тетушку с мужем и дочерью с двумя детьми-дошкольниками, нас с мужем и ребенком, двоюродного брата свекра с женой, через которого устраивали Машу на работу. Подруг своих каких-то она сама собрала. А накануне праздника звонит мне свекровь чуть ли не в слезах: «Тась, я не знаю, что делать, Маша сказала отменять банкет, она не придет! Будет праздновать со своим этим новым кавалером…»
— Вот буквально пару недель назад Вовка документы о разводе на руки получил, – рассказывает про своего брата Анна. – До сих пор, по-моему, не верит, считает, что это шутка какая-то со стороны Полины, ну, его теперь уже бывшей жены. Клянется, что развода ничто не предвещало.
Как будто и не в упрёк, но Жене всё равно неприятно.
Евгения достаёт из сумки гостинцы: красивую жестяную коробку печенья, сок, фрукты — Дашке, Машиной дочке. В отдельном пакете – продукты: кофе, чай, хорошее мясо. Принесла по привычке, как всегда. А вот нужны ли Маше этих «вкусняшки», Женя уже не уверена. Может, наоборот — унижает это? Словно благотворительность какая-то… С другой стороны, ведь и с пустыми руками не пойдешь же в гости, тем более, если в доме ребенок. У Маши самой такая же дочь, как Дашка – ровесница, пару недель разницы у них.
— …Даша, вот только не говори, что тебе опять к врачу надо. Что? Я угадала? Кошмар… А что на этот раз, если не секрет? – с сарказмом в голосе осведомилась у невестки Людмила Николаевна.
— Мам, слушай, ты уверена, что с тобой все в порядке? — Спросила Ольгу дочь Лида. Они сидели за столиком в кафе, пересеклись ненадолго, просто давно не виделись. Лида была с двумя детьми. Внуки с аппетитом уплетали мороженое, взрослые пили кофе.
— Димка, мне так не хочется ехать к ней, ты не представляешь! Выслушивать там, какие все плохие и как трудно жить, и как весь мир против твоей мамы. Любоваться ее поджатыми губами опять, слушать глубокомысленные замечания и вопросы, почему у нас детей нет… Брр!
— Ну давай рассуждать спокойно, – со вздохом говорит Ларисе муж Виктор. – Вот выйдешь ты из декрета, в восемь утра будешь из дома уходить, в семь вечера возвращаться. А если учесть заход за ребенком в сад, то и попозже. Дочь целый день будет в саду, забирать ты ее будешь последней, за десять минут до закрытия. Воспитатели таких детей жесть как не любят! В итоге дом заброшен, ребенок кинут, и все это – за пятьдесят тысяч рублей в месяц, минус налоги? Ну, Ларис, ты это серьезно вообще? Этого даже на няню не хватит. Так зачем? Объясни!