«Видите, мать со мной не хочет общаться!» – заявила дочь соседки и просто уехала
Просмотров: 3514
— Да не приду я больше! Она сама мне сказала: «Чтоб ноги твоей здесь не было!» Что вы от меня хотите? — голос в трубке дрожал, но в нём слышалась не истерика, а усталость.
Вероника стояла на лестничной площадке между четвёртым и пятым этажом, прижимая телефон к уху. Из соседней квартиры всё ещё тянуло гарью — утром там чуть не случился пожар. Бабу Валю опять «переклинило»: поставила на плиту кастрюлю и ушла «в аптеку», забыв и про плиту, и про дверь.
Аптеку она накануне искала по всему подъезду — ходила и стучала в квартиры в халате, в тапках, с потёртым кошельком в руках.
— Девушка, а не подскажете, не у вас здесь аптека? Мне срочно надо… — спрашивала она Веронику. – У меня давление высокое, мне нужно купить эналаприл.
А аптека — в соседнем доме, через дорогу. Бабушка прожила здесь сорок лет. Она внимательно выслушала объяснения Вероники и ушла. А через полчаса стучала к другой соседке: «А не подскажете, где здесь аптека?»
— Может, сходить и купить ей этот эналаприл? – спросила Вероника мужа.
— Не вздумай! – коротко ответил тот. – Ты точно знаешь, что ей его врач выписал? И в какой дозировке? Видно же, что человек не в себе. Принесешь ей лекарство, она и весь стандарт может употребить. Отравится – кто будет виноват? Не лезь, это не наше дело… Пусть родственники с этим разбираются.
Подписывайтесь на Телеграм-канал и на канал в МАХ с реальными историями из жизни от читателей!
Соседи сначала жалели старушку. Потом начали бояться.
Вероника с мужем живут через стенку. Слышат, как по ночам баба Валя шаркает, двигает стулья, ругается в пустоту. Один раз она начала бешено стучать к ним в дверь в два часа ночи:
— Откройте! Она у вас! Я знаю, видела, как она у вас спряталась!
— Кто «она»? — спросил тогда муж Вероники.
— Да как кто – Лидка же! Дочь моя! Вещи мои ворует, меня травит! Вот опять сковородку сперла, паршивка. Тварь такая! — шипела бабушка.
Она нахрапом перла в квартиру – искать у них свою дочь и разбираться с ней. Пока муж Вероники не гаркнул на весь подъезд, что ночь на дворе, и он вызывает полицию и психиатра. Только после этого соседка перестала ломиться и ушла к себе. Тогда Вероника впервые поняла, что это уже не просто старческая забывчивость.
Телефон дочери искали всем подъездом. Нашли с трудом — у кого-то в старом чате дома завалялся номер.
И вот теперь Вероника слушала в трубке:
— У неё бред ущерба. Я для неё главный враг. Я, понимаете? Родная дочь. Стоит мне появиться — она кидается, орёт, проклинает. Говорит, что я ей одежду ушиваю, чтобы она «исчезла», что я ей хорошие вещи подменяю на плохие. Ой, там всего не перескажешь. Что я её отравить хочу ради квартиры.
Вероника молчала.
— Она мне прямо сказала: «Не приходи. Чтоб я тебя больше не видела». И если я прихожу — криков на весь подъезд.
Вероника, конечно, не думала, что Лидии легко. Но… А что делать-то? Как быть всему подъезду, всему дому? Вчера был практически пожар, вполне возможен и потоп, и еще что-нибудь.
Соседи вокруг обвиняли дочь и шептались:
— Бессовестная…
— Мать бросила…
— Квартиру ждёт, наверное…
Веронике тоже было страшно. Она беременна. Срок пока небольшой, но тем не менее. Как в таком состоянии проживать рядом с недееспособным человеком?
Но и голос дочери не звучал как у равнодушного человека. Через пару дней она всё-таки приехала.
Высокая женщина лет сорока пяти, в пуховике, с усталым лицом. Стояла у двери, будто перед кабинетом стоматолога.
— Мам, это я, — тихо сказала.
Дверь распахнулась резко.
— Убирайся! Воровка! Ты опять пришла меня обкрадывать? — баба Валя трясла кулаками, лицо перекосилось.
— Мам, ну что ты… — дочь попыталась шагнуть внутрь.
Бабушка толкнула её в грудь. Не больно, но зло.
— Люди добрые! — закричала она в подъезд. — Помогите! Убивать меня пришла! Ой, спасите! Убивают!
С этим криком она вытолкала женщину в подъезд и закрыла дверь. Вероника стояла рядом и чувствовала, как по спине бегут мурашки. Это уже не характер, не обида. Это болезнь.
— Видите? — тихо сказала Лидия выглянувшим на крик соседям. — Каждый раз так.
Она прислонилась к стене.
— Я пыталась. Врача вызывала — она не открывает. В поликлинике говорят: приводите на приём. А как я её приведу? Силой? Она меня даже на порог не пускает. Врача вызвать к ней на дом? Выгонит нас вместе с врачом.
— Но вы же дочь… — вздохнула Вероника
— И что? — резко ответила женщина. — Она меня не воспринимает. Назначила главным врагом. Я даже в квартиру зайти не могу, видите? Она меня на порог не пускает. Ну не драться же мне с ней?
Вероника слушала и не знала, что сказать.
С одной стороны — бабушка, которая может сгореть вместе с домом.
С другой — дочь, которую мать вычеркнула из своей реальности.
После той сцены дочь уехала, ничем соседям не помогла. А баба Валя вечером опять ходила по подъезду.
— Девушка, вы не подскажете, где аптека? Мне срочно надо купить эналаприл…
Вероника смотрела на неё и думала: «А если бы это была моя мама? Как бы повела себя я?»
Как считаете, обязана ли дочь решать как-то вопрос с матерью, если та больна и считает ее врагом? Разве это правильно – вот так развести руками и уехать?
А что делать соседям — ждать пожара?
Как быть?
Оставьте свой комментарий
-
Оставить комментарий в качестве ГОСТЯ.
Но в этом случае Вы не сможете ставить лайки другим комментаторам, а также редактировать или удалять свои комменты.
Для этого нужно Зарегистрироваться либо, если регистрация уже пройдена, Авторизоваться
- Sign up or login to your account.
-
А ЕЩЁ МОЖЕТ БЫТЬ ИНТЕРЕСНЫМ (МОЁ)
-
